"Проще было бы купить большой пакет акций Microsoft"

На 11 февраля намечено еще одно обсуждение вопроса о "национальной операционной системе". Его результатом может стать обращение к президенту страны с просьбой поддержать проект. Такая просьба может быть сформулирована от имени IT-индустрии (АП КИТ), представителей IT-компаний, государственных структур и ряда IT-специалистов. Заметную роль в проекте – пока гипотетическом – играет председатель подкомитета по технологическому развитию Госдумы РФ Илья Пономарев. Г-н Пономарев вступил в полемику с публикациями iToday.ru и нашел время встретиться с нашим корреспондентом.


- Проект создания "национальной операционной системы" не должен сравниваться, по-моему, ни с теми проектами, что предлагает сегодня Барак Обама, ни с проектами, осуществленными в советском прошлом. Где ясная цель, вдохновляющая инженера? Вывести спутник на орбиту – это вполне понятно, такую задачу приятно решать. Но что значит "создать национальную ОС"? Не понимаю. О чем, собственно, речь?

- Политика – искусство возможного. Еще десять лет назад можно было и режим налогообложения IT-отрасли изменить, и технопарки построить, и кадры сохранить. Но это теперь уже не предмет обсуждения.

В стране есть рабочие руки – совсем недешевые, но высокого качества. Есть компании, у которых есть применимые идеи и технологии. Есть мировой кризис, ведущий к переделу рынка высоких технологий. Будет меняться роль Индии и Китая, будут меняться цены. Это – возможность для нас что-то сделать. Что именно?

Хорошо, чтобы были национальные проекты, способные "вытащить" отрасль. Например, проект, посвященный здравоохранению, имеет большую IT-составляющую. То же и в образовании. Но как только доходит до правительства, получается, прямо скажу, сравнительно мало – каждое ведомство тянет одеяло на себя, а как только натянет окончательно, так тут же проект и помирает. А Минфину теперь и вовсе не до задач развития. Так уж наша государственная власть устроена...

Поэтому способный поддержать отрасль проект, который может стать источником госзаказа, должен быть самостоятельным. Отдельным от ведомственных интересов.

Далее. Операционная система – точка, в которую сходятся интересы разных групп. Есть, с одной стороны, задачи информатизации общественного сектора, и есть вопрос: а почему мы туда ставим продукты Microsoft, а не, например, Linux. С другой стороны, силовики говорят, что мы находимся в зависимости от одной компании – стоит ей захотеть, и все компьютеры в стране утратят работоспособность. Я не страдаю паранойей, и никогда не считал опасения силовиков главным приоритетом. Но сейчас Microsoft заявляет, что от продажи продуктов перейдет к продаже услуг, т.е. мы будем не покупать, а платить за доступ к их программным продуктам. А это и правда зависимость – можно выключить всю страну одним нажатием кнопки, как выключили GPS во время конфликта в Грузии. Я уж не говорю о недокументированных функциях.

Еще одно соображение в области безопасности. Я пользуюсь Gmail и обратил внимание, что к контексту моих писем, особенно если они написаны на английском, приноравливается не только реклама Google AdSense, но и тематика спама. Это означает, что технический доступ к информационным потокам не только имеется, но и используется крупными корпорациями.

Наконец, идет конвергенция электронных устройств, и это требует нового класса операционных систем. Я не исключаю, что в мире через 10 лет появится новый тип операционных систем. Это оправдывает желание посмотреть, а нет ли в этом направлении новой коммерческой возможности. У нас есть специалисты, которые умеют не только переводить на русский интерфейсы Linux или Windows, но и писать собственные платформы.

Итак, идею проекта национальной ОС оправдывают три момента: потенциал российских IT-инженеров и компаний, необходимость технологической независимости и реальная коммерческая перспектива.

- Но я спрашивал не об этом. Я спрашивал: что это за проект? Какую задачу вы ставите перед разработчиком?

- Чем отличается задача вывода спутника на орбиту от задачи создания ОС, с точки зрения инженера?

- Возможно, речь идет об универсальной ОС, работающей на разнообразных аппаратных платформах? Такое представление правильно?

- У меня нет ответа на этот вопрос. Не я буду главным конструктором этой системы. Моя задача как государственного деятеля поддержать российскую отрасль высоких технологий, создать для нее такие условия, чтобы она могла с конкурентоспособным продуктом выйти на мировой рынок. И использовать ситуацию кризиса для перехода от догоняющего к опережающему развитию.

Для этого надо инициировать какие-то проекты. Я пытаюсь понять, какой проект с наибольшей вероятностью приведет к такому результату.

- Подкрепите свое заявление о том, что нам такое по зубам. Вы знаете людей, которые могли бы стать во главе разработки? Вы знаете компании, которые способны вести такой проект? Из ваших уст я слышал только одно – "Ростехнологии".

- "Ростехнологии" - это потенциальный представитель государства в проекте. Устройство нашей бюрократической машины является ключевой проблемой, и не только для этого проекта. Все ведомства без исключения конкурируют между собой. Заставить членов нашего правительства работать как членов единой команды пока никому не удалось. Любая инициатива, которая появляется в одном министерстве, тут же топится всеми остальными. Не говоря уже о том, что устройство бюджетного кодекса такое, что потратить деньги на созидательную работу не сложно, а очень сложно.

В этой ситуации госкорпорация в качестве заказчика – удобный механизм.

- Понятно, "Ростехнологии" - это контролер. А делать-то кто будет?

- Я не думаю, что это будет одна компания. Существует ряд групп разработчиков, готовых взяться за этот проект. Есть UNIX-сообщество, те, кто занимался FreeBSD, Solaris. Есть те, кто занимается Linux. У военных – ВНИИНС. Существует группа в РАН, которая занимается теорией операционных систем. Наконец, есть ряд уважаемых игроков рынка. Например, Digital Zone Дмитрия Завалишина, которая занимается созданием операционной системы Phantom (материал о Phantom готовится к публикации – Ред.). Существует общественная инициатива ReactOS.

Есть много энтузиастов, готовых этим заняться. Еще пять лет назад такого не было. Это означает, что большое количество людей чувствует потребность в проекте. Но они разобщены и не запитаны деньгами, у них нет координирующего центра. Государство это может вполне организовать.

- Но дело не сводится к разработке продукта. Дело в том, чтобы научиться этим продуктом торговать.

- Этот вопрос едва ли не более сложен, чем техническая разработка. Можно взяться за UNIX-подобную систему, и через некоторое не очень продолжительное время будет продукт. Но только он не будет коммерчески успешным, я на 100% уверен.

Ключ к коммерческому успеху – сделать ставку на нечто принципиально новое. Не пытаться конкурировать на одной поляне с Microsoft. Иначе нам с нашими золотовалютными резервами проще было бы купить большой пакет акций Microsoft и ввести своих людей в совет директоров.

- Высокотехнологичные компании не приобретаются на фондовом рынке.

- Почему?

- По тем же причинам, по которым Microsoft не стала покупать Yahoo на бирже. Такой покупкой нельзя удержать в приобретенной компании людей, а люди в IT – главное.

- Microsoft не купила Yahoo потому, что акционеры Yahoo были против. Компании такого размера уже мало зависят от конкретных технических специалистов.

Так вот, если наш продукт будет новым и мы правильно угадаем для него нишу, он будет продаваем. В конце концов, если мы сами не научимся его продавать, мы можем распространять его через Microsoft или любую другую крупную софтверную компанию, которая в этом будет заинтересована.

Хочу еще вот что подчеркнуть: любой масштабный государственный проект (даже если государство неправильно решило, на что потратить эти деньги!) в том случае, если в нем участвуют не "свои люди", растаскивающие деньги по карманам, а реальный рыночный консорциум – в любом случае приведет в качестве побочного результата к возникновению конкурентоспособных продуктов. Мы видим многочисленные примеры, как это происходило. Интернет, MS-DOS, компания Seagate – все это побочные продукты.

- Т.е. мы вложим деньги в операционную систему, а на выходе получим что-то другое, побочное?

- Абсолютно верно.

- Мне-то казалось, что такие проекты, прежде чем стать успешными, должны пройти сито естественного отбора на всех стадиях венчурного финансирования.

- Государство – не венчурный капиталист и никогда им не будет. Это стратегический инвестор, если оно правильно устроено.

- Сколько может стоить проект?

- Моя оценка – не меньше миллиарда долларов.

- Вам не кажется, что, обращаясь к президенту с просьбой о поддержке проекта, вы вовлекаете его в рискованную, безвыигрышную ситуацию? Решение о поддержке проекта с неопределенным результатом – опасно. А откажет – не поддержит IT-индустрию, к которой он, как принято думать, хорошо и с пониманием относится.

- Нет, не кажется. Если следовать вашей логике, нельзя сделать ни одного проекта. Да, у каждого есть предел собственной компетенции. Президент разбирается в IT лучше большинства сотрудников администрации, и точно лучше всех министров правительства, даже включая Игоря Щеголева. Просто потому, что он более активный пользователь.

Я еще раз вернусь к своему стартовому посылу: необходимы локомотивные проекты, вытягивающие экономику. Проект Рузвельта по строительству дорог в годы великой депрессии не имел прямого, текущего утилитарного смысла. Нельзя было сказать, что Америке нужно столько дорог. Но важно было создать рабочие места для огромного количества людей, что имело для экономики кумулятивный эффект, потянуло за собой другие отрасли.

Я рассматриваю обсуждаемый проект ровно в той же логике. Давайте сделаем такой информационный проект, который создал бы основу для массовой кооперации на рынке, который был бы не по силам ни одной отдельной компании, но который стимулировал бы организацию консорциумов. Необходимо будет оплатить перенос приложений на новую платформу, написание драйверов и антивирусов и т.д. – большой класс разнообразных систем.

Государство, вкладывая деньги сюда, создает в нашей экономике привилегированные условия для отрасли hi-tech, запитывает ее деньгами, дает возможность стать конкурентоспособной в мире.

- Дорога штука понятная, а вложение денег в проект с неопределенным результатом… Ну, вы меня извините.

- Если задача создания операционной системы непонятна вам, то это не значит, что она всем непонятна. Кому-то был точно так же непонятен план Рузвельта.

Мы сейчас ведем аналогичную дискуссию относительно того, нужно ли в современной российской экономике строить дороги. У меня гораздо больше аргументов в пользу разработки национальной ОС, чем у людей, которые говорят, что нужно строить дороги.

- Реакция индустрии на идею создания "национальной ОС" вас не смущает? АП КИТ энтузиазма не демонстрирует.

- АП КИТ против того, чтобы мы обращались к президенту без их согласования. Что они, дураки, что ли, от денег отказываться?

- А что будет 11 числа?

- Обсуждение письма президенту. В 11 часов там же, в ИНСОРе.